1. О Сигурде и Иллуги
Конунг по имени Хринг правил Данией. Он был сыном Скьёльда, сына Дага. Этот Скьёльд сражался с Херманном, как рассказывается в саге о них. Конунг Хринг был мудр, любим людьми, щедр на золото и величайший воин. Его королеву звали Сигрид. Она была дочерью конунга Вильхьяльма из Валланда. У него с ней был сын, которого звали Сигурд. Он был самым красивым из всех людей и очень одарённым. Он был обходителен с друзьями, не жаден до золота, но беспощаден к врагам.
Одного бонда звали Свиди. У него был хутор, совсем рядом с палатами конунга. Его жену звали Хильд, и у них был сын по имени Иллуги. Он был высокий, сильный и ловкий во всех играх. Его отца прозвали Свиди Смелый в Нападении.
Сын конунга Сигурд и Иллуги играли друг с другом. У Сигурда было много товарищей по играм, и он превосходил всех, в чём бы они не соревновались, но Иллуги побеждал и его во всём. И так случилось, что они стали побратимами, и каждый должен был отомстить за другого, если тот будет убит оружием. Теперь между ними была дружба во всём.
2. Иллуги убивает вечернюю наездницу
Одного человека звали Бьёрн. Он был советником конунга. Он плохо относился ко всем, кто был от него независим. Бьёрн был лжив и изворотлив во всём, но тем не менее он был великим воином и охранял земли конунга от викингов, поэтому конунг очень его ценил.
Бьёрн очень завидовал тому, что Иллуги был так дорог сыну конунга Сигурду, и он оклеветал его, будто Иллуги неверен сыну конунга. Конунг выслушал это, но Сигурд этому не поверил. Прошло некоторое время. Сын конунга Сигурд жил дома со своим отцом в большой славе и почете. Однажды Сигурд попросил своего отца дать ему корабль и людей и сказал, что хочет поехать из страны и добыть себе богатство и славу.
Конунг сказал, что корабль будет готов через месяц.
— И Бьёрн поедет с тобой, — сказал конунг, — а Иллуги, так я хочу, останется дома.
Сигурд ответил:
— Безусловно, я хочу, чтобы Иллуги ехал.
Но конунг сказал, что его будет сопровождать Бьёрн:
— Ибо он — лучший из воинов и никогда не сдавался в битве. Он будет тебе верен и надёжен, так же как и мне, — сказал конунг, и на этом они закончили свой разговор.
После этого сын конунга пошёл к Свиди и рассказал Хильд о беседе со своим отцом. Она сказала, что её сын молод и не может идти в поход.
— Он также и неопытен, — сказала она, — и я не хотела бы, чтобы Бьёрн обвинял его в том, что он не осмелился биться вместе с тобой в бою.
Так Хильд закончила свои речи, а сын конунга вернулся домой в палаты, и был он очень невесел.
У Хильд была рабыня, которую звали Суннлёд. Она была сведуща в колдовстве и величайшая вечерняя наездница. Она причинила зло многим людям. Хильд пришла поговорить с Иллуги и попросила его принести с летнего пастбища лопату, которую оставил Свиди. Он согласился на это. Это было в конце дня, когда Иллуги пришёл домой. Он шёл быстро, пришёл на пастбище, и нашёл там эту лопату. Тогда была тёмная ночь, однако он ушёл с пастбища и прошёл немного, когда ему на спину кто-то прыгнул так, что пятки упёрлись ему в грудь. У этого создания в руке был прут, которым оно стегало Иллуги. Это была Суннлёд.
Иллуги не оставалось ничего иного, как нести эту ведьму долгой дорогой, пока он не пришёл к одному большому камню. Он сбросил ведьму на камень с такой силой, что её хребет переломился, и так она распрощалась с жизнью. Он не останавливался, пока не вернулся домой. Его мать Хильд стояла снаружи, когда он вернулся. Иллуги был рассержен.
— Случилось ли какое-нибудь происшествие по пути, сынок? — ласково сказала Хильд. — Нашёл ли ты лопату, о которой я тебе говорила?
— Да, — ответил Иллуги.
Она сказала:
— Не встретился ли ты с одной из моих девушек, которую я посылала принести мне дрова?
Иллуги сказал:
— Думаю, вряд ли мне встречалась девушка хуже, потому что она ехала на мне, но я убил её таким способом — сломал ей хребет о камень.
Хильд сказала, что он может выполнять поручения.
— И я хочу, — сказала она, — чтобы ты служил Сигурду, сыну конунга, и последовал за ним в поход.
Иллуги с радостью согласился, и обрадовался этому, и вошёл в дом со своей матерью, и спал до утра. Утром Иллуги приготовился идти в палаты конунга, предупредив отца и мать. Потом он отправился в палаты и пришёл туда, когда конунг приступил к питью. Он предстал перед конунгом и вежливо его поприветствовал. Конунг хорошо его встретил. А когда Сигурд, сын конунга, увидел Иллуги, он принял его с распростёртыми объятиями и попросил его сесть возле него. Иллуги так и сделал. Несколько дней Сигурд был дома со своим отцом и Иллуги.
3. О походе и трудностях в море
Вот подошло то время, когда корабль Сигурда был готов, и они отправились из страны. Тогда было решено так, что Бьёрн и Иллуги поедут оба. Получив у своего отца разрешение, сын конунга сначала поплыл к Оркнейским островам и Шотландии и нападал и там, и там. Они много раз высаживались на берег, одержали великую победу над шотландцами и захватили огромные богатства. Куда бы они не отправились, везде их ждала победа. Все боялись их.
Осенью Сигурд захотел отправиться домой. Начался сильный шторм. Корабль понесло на север в открытое море. Паруса рвануло так, что они чуть не порвались. Все канаты начали лопаться. Люди не видели никакой суши. Море стало очень неспокойным, и сделался такой сильный шторм, что заливало оба борта, но все на этом корабле были такие смелые, что никто не произнёс слов страха. Корабль дал сильную течь, и все вычерпывали воду восемь суток. Корабль отнесло далеко на север к заливу, который назывался Гандвик. Тогда они укрепили парус крепкими верёвками, но на море опять началось большое волнение, готовое разбить корабль. Почти все люди были измождены.
Вдруг они увидели землю. Она была окружена скалами. Корабль отнесло в какой-то залив. И люди, и корабль остались целы. Сын конунга сказал, что они подождут там попутного ветра. Большинство его людей были совершенно измучены лишениями. Им было также так холодно, что смерть казалась им очень близкой, ведь у них не было огня. Сигурд, сын конунга, держался на удивление хорошо; все очень хотели получить огонь, однако его не было.
Бьёрн очень замёрз и сказал так:
— Ты, Иллуги, — сказал он, — переплыви через этот фьорд и отыщи огонь, и если ты его не найдёшь, тогда я буду распоряжаться твоей головой, а если ты раздобудешь огонь, тогда ты получишь это кольцо, которое я держу.
Иллуги ответил:
— Конечно, я не хочу спорить с тобой на мою голову, Бьёрн, но я охотно поищу огонь, если это принесёт пользу нашим людям.
И он в одиночку поплыл на вёслах прочь от своих людей.
4. О поступках Грид
На другой стороне этого фьорда была какая-то пещера, где хозяйничала троллиха, которую звали Грид. Она была величайшей из троллей. Иллуги подошёл к берегу, привязал свою лодку, высадился на сушу и пришёл в пещеру. Наступил вечер. Он услышал тяжёлые шаги, это Грид вернулась домой. Она спросила, как его зовут. Он сказал, что его зовут Иллуги. Ему показалось, будто метель или буря вырывается из её ноздрей. Над её ртом свисали сопли. У неё была борода и голова с проплешинами, а кисти рук — как орлиные когти. Оба её рукава обгорели, а куртка едва прикрывала ей зад, но впереди доходила до самых пальцев на ногах. У неё были зелёные глаза, низкий лоб и огромные уши. Её нельзя было назвать красивой. Иллуги сказал, что хотел бы попросить у неё огня.
Грид ответила:
— Не получишь ты от меня огня, если не ты скажешь три правды, и если ты сделаешь это быстро, тогда ты ляжешь спать рядом с моей дочерью, а если тебе не нравятся такие условия, тогда я не стану беспокоиться, хотя Бьёрн замёрзнет до смерти.
Иллуги сказал, что согласен.
После этого вышла какая-то женщина. Она была такая красивая, что Иллуги показалось, что никого краше он не видел. Едва её увидев, он очень её полюбил. Она была молчалива и неразговорчива.
Тогда Иллуги заговорил так:
— Пора мне назвать правды: твоя пещера такая высокая и широкая, что я никогда не видел дома ни больше, ни крепче. И нос у тебя так велик, что я не видел большего чудовища, чем ты. И ты такая чёрная, что прекрасен этот пол по сравнению с тебой, и я не видел никого страшнее тебя. И, конечно, твоя дочь красивее, и я увидел большую разницу между вами, и так скажет любой, посмотревший на вас.
— Очевидно, — сказала Грид, — что ты не хотел меня похвалить, и я не понравилась тебе, как ты и сказал. Но вот что я решила: ложись в постель с моей дочерью, и делай всё, как тебе захочется, потому что тебе больше понравилась моя дочь, чем я. Теперь поспешим, — сказала Грид, — свет больше не нужен.
Иллуги сказал, что так и сделает. Он подошёл к кровати и сбросил одежду, а старуха прислуживала своей дочери, и они оба легли в одну постель. Иллуги повернулся к ней и сделался ласковым, но она была безрадостна. Тогда Грид схватила Иллуги за волосы и рванула его к краю кровати, а другой рукой она вытащила блестящий и очень острый нож и замахнулась ему в голову, но Иллуги лежал спокойно и не двигался.
Тогда Грид сказала очень рассержено:
— Послушай, негодяй, почему ты думаешь, что я буду терпеть то, что ты соблазняешь мою дочь? — сказала она. — Нет, ты сейчас же будешь убит.
Тогда Иллуги сказал:
— Моё сердце никогда не знало испуга, и затем я пришёл в твою пещеру, что так распорядилась судьба. Однако двум смертям не бывать, и потому я не боюсь твоих угроз.
На этих его словах Грид бросила Иллуги назад. Он повернулся к своей невесте и очень обрадовался. И когда ему с ней было очень хорошо, Грид обмотала его волосы вокруг своей руки, отдёрнула его к краю кровати и замахнулась ножом ему в голову:
— Смелый ты, но теперь ты тут же будешь убит.
Но Иллуги сказал, что не боится смерти.
Тогда она сказала, рассмеявшись:
— Не встречала я таких, кто не боялся бы своей смерти, кроме тебя. Иди теперь спать и спокойной ночи!
Иллуги вернулся к своей женщине, и ему опять было очень хорошо с ней. Тогда Грид опять прыгнула к постели и отдернула его к краю кровати. Теперь она замахнулась ножом, и она выглядела очень угрожающе, но, как и раньше, Иллуги сказал, что не боится.
Тогда Грид сказала:
— Ты не такой, как другие люди, твои жилы не дрожат, и ты не испугался. Теперь ты получишь от меня жизнь, а также я отдам тебе мою дочь, которую зовут Хильд, и всё же я никогда не смогу вознаградить твоё благодеяние, потому что ты освободил меня от большого проклятия. Ведь таким способом я многих убила, всех, кто испугался моего ужасного ножа. Шестнадцать храбрых мужчин я убила этим ножом, и это была вовсе не женская работа. Теперь я расскажу тебе историю своей жизни, а ты слушай:
5. Рассказ Грид
«Альвхеймом правил конунг, которого звали Али. Он женился на королеве по имени Альврун. У них была одна дочь, которую звали Сигню. Она была хороша во всём. Когда Сигню выросла, она вышла замуж за конунга по имени Эйрик. Он погиб в походе на западе. У них была дочь, которую звали Хильд, и она была очень красивая девушка. Тогда Сигню вернулась к своему отцу и осталась с ним. Королева заболела и потом умерла, но конунг легко перенёс это, а Сигню была в комнате и очень горевала по своему конунгу и матери. Тогда конунг женился на королеве, которую звали Гримхильд. Она была красива на вид, но внутри она была величайшая ведьма. Конунг её очень полюбил. У них родилось семь дочерей, которые во всём пошли в свою мать и стали величайшими ведьмами.
С появлением Гримхильд в государстве происходило так, что каждую ночь исчезал человек, и все считали, что к этому причастна Гримхильд. Конунг уже состарился, и королева начала подумывать о внебрачных связях. Надумала она теперь изменить конунгу и найти себе кого-то помоложе. Она дала ему выпить яд, и он сразу же умер, и был он погребён подле своей королевы. Теперь Гримхильд так рассвирипела, что перевела в государстве как домашний скот, так и людей.
После этого Гримхильд пошла в комнату, где была Сигню с дочерью, и, придя туда, сказала так:
— Ты, Сигню, — сказала она, — долго пребывала в великих почестях и счастье, но я всё отберу у тебя, и я заколдую тебя так, что ты отправишься прочь, поселишься в пещере и станешь величайшей троллихой. Тебя будут звать Грид. Твоя дочь уедет с тебой, и каждый мужчина, который её увидит, будет в неё влюбляться. А ты будешь убивать каждого, кого увидишь в её постели. Также ты будешь иметь дело с семью сёстрами. Они будут каждую ночь биться с тобой. Они будут всячески рубить, резать и калечить тебя, но ты никогда не умрёшь. И никогда ты не освободишься от этого проклятия, пока не встретишь такого человека, который не испугается твоего огромного ножа, которым ты замахнёшься. Но так как всем он будет казаться ужасным, ты не найдёшь такого.
Сигню не могла говорить от горя и слёз.
Тогда Хильд сказала:
— Хотела бы я, Гримхильд, отплатить тебе за твоё проклятие. Я скажу так, что одной ногой ты будешь стоять в этой комнате, а другой — дома в палатах конунга. Рабы разведут костёр посредине между твоими ногами. Этот костёр будет гореть денно и нощно, и снизу ты вся будешь обжигаться огнём, а сверху мёрзнуть, так что никогда не будет тебе покоя. Но если мы с матерью освободимся от этого проклятия, тогда ты умрёшь и свалишься в этот костёр.
Гримхильд тогда произнесла:
— Очень глупы ваши речи, и я хочу, чтобы ничего из этого не исполнилось.
Хильд сказала, что так и будет. Тогда мать и дочь отправились прочь в эту пещеру, и я эта самая Сигню, а вот Хильд, моя дочь, и я хочу теперь отдать её за тебя замуж и вознаградить тебя за то, что ты избавил меня от проклятия».
И в конце этого рассказа в пещеру вошли семь великанш с острыми мечами, напали на Грид и рубили её сильно и часто. Хильд очень перепугалась. Иллуги пришёл к Грид на помощь, и рубил их быстро и часто, и не останавливался до тех пор, пока все они не умерли, и тогда он сжёг их в костре.
Грид сказала:
— Теперь ты, Иллуги, избавил нас от этих великанш, с которыми я имела дело одиннадцать зим.
Иллуги сказал, что пробыл здесь предостаточно.
6. Сигурд женится на Сигню
После этого Грид проводила их к лодке Иллуги, и она дала им золото и много драгоценностей, и теперь у него был с собой огонь, и так они расстались. Иллуги поплыл назад к своим людям. Они обрадовались и стали греться. Месяц сын конунга находился там, не было ему попутного ветра. Бьёрн разузнал о Хильд и сказал, что Иллуги раздобыл её в пещере, и еще Бьёрн сказал, что она величайшая троллиха. Сигурд попросил Бьёрна замолчать и не захотел верить тому, что сказал Бьёрн.
Одной ночью люди сына конунга спали на корабле, а когда они проснулись, то увидели, что Бьёрн исчез, искали его и наконец нашли повешенным на рее. Они не знали, кто казнил Бьёрна, а это Грид повесила ночью Бьёрна за то, что он назвал Хильд троллихой.
После этого Сигурд поплыл из Финнмёрка, ему дул попутный ветер, и он вернулся домой в Данию, раздобыв богатство, и раздавал золото обеими руками. Теперь он был дома со своим отцом. Иллуги долго оставался у Сигурда, хотя у него было большое имение вблизи конунговых палат.
Вскоре конунг Хринг заболел и умер. Сигурд устроил поминальную тризну по своему отцу и пригласил туда всех лучших людей страны, и тогда Сигурд был провозглашён конунгом над тем государством, которое принадлежало его отцу. Конунг Хринг был конунгом фюлька в Дании, он правил в Скане.
Вот в Данию приехала Сигню, и Иллуги с Хильд хорошо приняли её. Иллуги рассказал всё о ней. Конунг Сигурд попросил её руки. Сигню сказала, что Иллуги будет её сватом. Тогда Сигурд поговорил с ним об этом, и с её согласия Иллуги отдал Сигню замуж за него. Они хорошо жили вместе, и у них было много детей, и все они стали уважаемыми людьми.
Конунг Сигурд и королева Сигню жили очень долго, но Иллуги жил дольше, хотя у него с Хильд и не было детей. Этот Иллуги позже стал побратимом Асмунда с Гнода.
А мы заканчиваем эту сагу.

1. О конунге Хринге
Хрингом звали конунга, который правил Данмёрком. Он был мудр и любим людьми. Он взял в жёны королеву по имени Сигню, дочь конунга Ульвхедина из Рейдготаланда, красивейшую и мудрейшую из всех женщин. Вскоре у конунга Хринга с ней родилось трое детей: двое сыновей и одна дочь, которую назвали Ингибьёрг. Её украшали все женские дарования. Её лицо было светлым, словно сияющее золото, и сложена она была на зависть любому. Сыновей конунга Хринга звали Хальвдан и Асмунд. Они были красивы, однако Хальвдан превосходил брата во всём. Асмунду было тогда десять зим, а Хальвдану — девять, когда начинается этот рассказ. Конунг велел возвести для своей дочери светлицу. Это помещение было очень искусно построено. Дочери конунга прислуживало двенадцать горничных, и они были дочерьми ярлов и герцогов. Конунг очень любил свою дочь. Вот жила она и цвела, как уже было сказано. Конунг же был весьма стар.

Подробнее…

I
Трандом звали конунга; в его честь назван Трандхейм в Нореге. Он был сыном конунга Сэминга, сына Одина, который правил Халогаландом. Сэминг был женат на Науме, именем которой был назван Наумудаль. Транд был большим хёвдингом. Его жену звали Дагмэр; она была сестрой Сванхвит, жены Хромунда Грипссона. У них был сын по имени Эйстейн. Другого сына [Транда], который нашел Одаинсак, звали Эйриком Путешественником, но его мать не названа. Эйстейн взял в жены Асу, дочь Сигурда Хьёрта, матерью которой была Аслауг, дочь Сигурда Змей-в-глазу. Эйстейн получил за ней Финнмёрк и Вальдрес, Тотн и Хадаланд, и был он богат и решителен. У них [Эйстейна и Асы] был сын по имени Хальвдан; он был решителен, но сдержан, красив собой и рано преуспел во всех искусствах, которые могут украсить мужчину и которыми куда лучше владеть, чем не иметь. Он был преданным и надежным другом, но выбирал друзей с осторожностью. Он был очень жизнерадостным человеком, и с ним всегда было весело, но, если ему кто-то не нравился, он мог стать опасным врагом для своего обидчика и долго помнил обиду, не мстил сразу. Он вырос со своим отцом, пока ему не исполнилось пятнадцать лет. Тогда его мать заболела и умерла, и было это большой потерей для конунга Эйстейна и всех остальных людей, и была она погребена с почестями. С той поры конунг потерял интерес к управлению своим государством и каждое лето отправлялся в грабительский поход.

Подробнее…

1. Брюнхильд
Жил конунг по имени Хертрюгг (Бранислав), который правил Русью — обширной, густонаселенной страною, что находится между землей гуннов и Новгородом. У него была жена и две дочери, обеих звали Хильд. Это были красивые добронравные девушки, хорошего воспитания, конунг очень их любил.
Однажды, когда конунг был на охоте, старшая Хильд пошла со своими девушками в ореховую рощу. Она звалась Брюнхильд (Ратибора), потому как была искусна в ратном деле. Когда женщины было уже собирались возвращаться из леса домой, перед ними возникло огромное чудовище, называемое хьяси (hjasi). Это огромный, дикий зверь, и живет он дольше всех чудовищ, что объясняет поговорку, когда о старом человеке говорят «стар, как хьяси». Выглядит этот зверь как безобразный пес с такими громадными ушами, что они достают до земли. Женщины бросились врассыпную, едва завидев чудовище, но хьяси схватил дочь конунга и скрылся в лесу, унося ее с собой.
Прислужницы воротились домой и рассказали о том, что случилось. Конунга крайне опечалила эта новость, он отправил людей на поиски дочери, но нигде не удалось обнаружить ее следов. Никто ничего не мог сказать об ее исчезновении, и вскоре люди стали меньше думать об этом.
И вот наступил Йоль.

Подробнее…

1. Ночлег конунга Гаути
Тут начинаем мы забавное повествование про одного конунга, которого звали Гаути. Был он человеком мудрым и очень спокойным, щедрым и откровенным. Правил он Западным Гаутландом. Тот лежит между Норвегией и Швецией восточнее всего Кьёлена, и река Гёта-Эльв разделяет Упплёнд и Гаутланд. Там растут леса, большие и, когда земля оттаивает, труднопроходимые. Этот конунг, которого мы упомянули, часто отправлялся со своими ястребами и собаками в лес, ибо он был величайшим из охотников, и казалось ему это самым большим развлечением.

Подробнее…

Пролог
Много историй написано людям на забаву — одни взяты из старых свитков, другие из рассказов мудрых людей, а некоторые из старых книг. Вначале эти истории были записаны кратко, а потом дополнены, поскольку многое из того, что в них рассказывается, происходило позднее, чем об этом сказано. Часто люди слышат разные рассказы об одном и том же событии, потому что даже те, кто был при этом, часто видят и слышат разное. К тому же, много есть глупцов, которые верят только тому, что они видели собственными глазами и слышали собственными ушами. Не в их природе верить в мудрость умных людей или в огромную силу и непомерную ловкость героев, а еще меньше в то, что разные хитрости, волшебные чары и колдовство одним могут принести смерть или несчастье на всю жизнь, а другим почет, славу и богатство. Эти силы иногда могут приводить в движение стихии, а иногда успокаивать их, как это делал Один или те, кто научился у него колдовству и врачеванию. Есть примеры того, как злые духи вселялись в покойников, как это было с Эйвиндом Разорванная Щека в саге об Олаве Трюггвасоне или с Эйнаром Обжорой или с Фрейром, которого Гуннар Половина уничтожил в Швеции. Ни этот рассказ, ни другие не могут прийтись всем одинаково по вкусу, но никто не должен верить в рассказанное больше, чем сам того пожелает. Лучше и мудрее всего слушать, как рассказывают сагу, и пусть она веселит, а не огорчает, потому что пока люди развлекаются, им на ум не идут греховные мысли. Не следует также тем, кто слушает, упрекать рассказчика, даже если история рассказана не очень умно и красиво, ведь мало что бывает совершенным, и этот рассказ не исключение.

Подробнее…

Редакция A
Все те люди, которые хорошо знакомы с теми событиями, знают, что Нордрлёнд населили греки и азиаты. Возник и тот язык, который позже распространился по всем странам. Предводителя этого народа звали Один, к нему [люди] возводят свой род.
В то время в Тронхейме в Нореге правил тот конунг, которого звали Харальд Гулльмуд. У него была жена. Ничего не говорится о его детях. В его владениях был ярл, которого звали Хринг. Он жил в Хамаркаупанге. У него была дочь, которую звали Аса Прекрасная за то, что она, казалось, превосходила всех девушек [красотой], подобно тому, как червонное золото сияет ярче меди или солнце светит ярче других небесных лун.

Подробнее…

Глава 1. Здесь начинается сага об Асмунде Убийце Воителей

Одного конунга звали Будли. Он правил Швецией и был могучим и знатным. У него в обычае было высоко чтить тех кузнецов, которых он считал лучшими, и которые ковали для него сокровища. Он был женат, и у него была дочь по имени Хильд. Однако случилось так, что королева умерла и конунг остался вдовцом.
Рассказывают, что однажды вечером к конунгу явились двое мужей и, представ перед ним, приветствовали его. Конунг спросил их, кто они такие, и один назвался Олиусом, а другой — Алиусом: «И мы хотели бы остаться здесь на зиму». Он поинтересовался, не искусники ли они какие-нибудь и не владеют ли ремеслами. Они отвечали, что могут мастерски сделать любую вещь, которая требует умения. Конунг указал им места за столом и пригласил остаться у него.
В то время у конунга были послы, а вечером в палаты вошли конунговы кузнецы и показали ему выкованное ими золото и оружие. Они всегда так делали, если туда приходили люди, — и все это, чтобы прославить конунга. Все, кроме гостей, хвалили кузнецов, те же больше отмалчивались, хотя там и был один искусно сработанный нож. Об этом доложили конунгу, и он заметил, что сами они, как он думает, не смогли бы выковать ничего лучшего. Он призвал их к себе и сказал: «Отчего это вы так неохотно хвалите те предметы, что были принесены сюда? Разве вы можете сделать лучше?». Они отвечали, что конунг, если захочет, сам сможет убедиться в том, что ковка эта немногого стоит в сравнении с их собственной.
Конунг повелел им сделать такие вещи, которые будут цениться превыше всего: «Если вы не хотите разоблачить себя как лгунов». Они отвечали, что им, дескать, легко проверить, чего стоит эта ковка, и показать, что совсем она не хороша. Тут они воткнули нож в край стола перед конунгом, и лезвие тотчас погнулось. Тогда они попросили конунга забрать свое сокровище и пообещали, что постараются изготовить другой нож. Конунг велел им так и сделать, и тогда они выковали нож и принесли его конунгу. Он взмахнул им над своей бородой, и нож срезал бороду и кожу, да так, что вонзился в плоть. Конунг сказал: «Должно быть, это правда, что вы искусные мужи, а теперь вы должны сделать мне золотое кольцо». Они так и сделали и принесли кольцо конунгу.
Он посмотрел на него и заметил: «И вправду сказать, я никогда не видал большего сокровища, чем это кольцо». И то же говорили все, кто его видел. Конунг сказал, что таким искусным кузнецам надлежит служить у знатных людей и потом добавил: «А теперь вы должны сделать мне два меча, да такие, чтобы они превосходили любые другие не меньше, чем эта ваша ковка, и чтобы всякий нанесенный ими удар пронзал насквозь».
Олиус сказал, что не желает этого делать. Он добавил, что, сдается ему, следует ждать беды, если их принудят, и что лучше было бы вести себя умеренно. Конунг ответил, что им придется сделать мечи, хотят они того или нет.
Тогда кузнецы взялись за ковку и изготовили два меча, каждый — по одному, и потом пошли к конунгу и показали ему мечи. Конунг посмотрел на них, и они показались ему отличными: «И каковы же их свойства?».
Первым заговорил Олиус, он сказал, что не смог бы нанести удара этим мечом, без того, чтобы не пронзить им насквозь: «И я думаю, что в нем не должно быть никаких изъянов». Конунг сказал: «Это хорошо, но мы должны проверить, насколько хорошо он закален», и воткнул острие в столб у почетного сидения, и меч немного погнулся, а потом он распрямил его прямо в отверстии.
Кузнец сказал, что это было слишком жестокое испытание для меча, и заявил, что тот сделан для ударов, а не для сгибания. Конунг же ответил, что меч не выдержит и удара, если он не выдержал таких испытаний. Затем он испытал тот меч, который сделал Алиус, и тот отпрыгнул прямой, как палка, и во всем он был лучше, чем другой, и выдержал оба испытания, которым его подверг конунг.
Конунг сказал: «Меч, который сделал Алиус, лучше, хотя хороши оба. И каковы же их свойства?»
Алиус сказал: «Таковы, государь, что если они сшибутся в воздухе, когда их выставят друг против друга, то мой меч победит, но все же можно назвать их свойства одинаковыми». Тогда конунг взял тот меч, что сделал Олиус, и попытался сломать его, и меч сломался у рукояти. Конунг велел ему сделать меч получше, и тогда Олиус ушел рассерженный в кузницу и сделал меч, и принес его конунгу. Тот подверг его всем тем же испытаниям, что и первый, и этот меч выдержал их все.
Конунг сказал: «Теперь ты сделал хорошо, но нет ли и здесь каких-нибудь изъянов?». Тот отвечает: «Этот меч — доброе оружие, и все же кое-какие изъяны могут стать причиной того, что изменит удача, и тогда самых знатных братьев, сыновей твоей дочери, настигнет смерти».
Конунг вскричал: «Ты еще смеешь пророчествовать, несчастный! Сейчас и вправду братьев настигнет смерть, да только не самых знатных!». И он попытался ударить Олиуса мечом, однако те поспешно обратились в бегство, воспользовавшись нижними тропами.
Конунг сказал: «То были великие недруги, и мы должны постараться сделать так, чтобы этот меч никому не повредил». Затем конунг повелел положить меч в полый ствол дерева со свинцом и приказал утопить его в Лёг рядом с Агнафит.

Глава 2. Свадьба
Одного славного конунга звали Хельги. Он был человек очень воинственный. Хельги отправился на боевых кораблях к Будли конунгу и послал ему весть, что хотел бы быть ему союзником. Он сказал, что хочет познакомиться с конунгом и побывать у него на пиру. Конунг отнесся к этому хорошо. Хельги конунг пришел в палаты, и ему был оказан добрый прием. Отца конунга Хельги звали Хильдибранд, он правил Страной Гуннов.
Хельги конунг сказал: «Я разъясню вам, чем вызвано это мое желание: я хочу просить вас отдать за меня вашу дочь. Я вижу в этом честь для нас обоих: вы найдете во мне защитника вашей страны, а я за это получу ваши владения».
Будли конунг ответил: «Я готов ответить согласием на ваше предложение, если и моя дочь думает так же». Затем ей было сообщено об этом предложении, и она согласилась с желанием своего отца. Тогда был устроен большой пир, согласно обычаям знатных людей, и Хельги конунг женился на Хильд, дочери Будли конунга. С тех пор между свояками было согласие, и Будли конунг очень доверял Хельги конунгу.
У Хельги с Хильд родился сын, которого назвали Хильдибрандом. Он подавал большие надежды, и как только он встал на ноги, его отец, Хельги конунг, сказал: «Твоим приемным отцом будет Хильдибранд Могучий, мой отец, в Стране Гуннов, и тогда можно ожидать, что твое будущее будет самым достойным».
И вот Хельги конунг послал туда мальчика. Хильдибранд конунг с радостью его принял и объявил, что из него должен выйти воитель. После этого Хельги конунг отправился в военный поход. Конунг Будли же состарился, управляя страной.

Глава 3. Конунг Альв идет на войну
Альвом звался конунг, который правил Данией. Его дочь звали Аса Красавица. О ней шла слава по всем странам из-за ее красоты и искусства в вышивании. Одного могучего воина в Дании звали Аки. Конунг Альв к нему очень хорошо относился и доверял ему больше всех.
Раз конунг позвал его и сказал: «Этим летом мы намерены отправиться в поход и захватить страну, которую никто не обороняет. Однако если ее захватить, то это принесет славу». Воин отвечает: «Государь, и где же такая подходящая страна?».
Конунг сказал: «Будли конунг теперь совсем одряхлел, и я хочу взять под свою власть его страну». Аки ответил: «Я не хочу отговаривать вас от больших начинаний, и может статься, что и на этот раз, как всегда бывало после великих дел, вы пожелаете наградить своих друзей за их труды».
Затем Альв конунг вместе с Аки собрали войско, отправились в Швецию, напали на страну Будли конунга и учинили там большой разбой, убивая людей и захватывая их имущество. Когда конунг Будли узнал об этом, он собрал все свои силы и снарядил малочисленное войско, поскольку силы Хельги, его зятя, были далеко. И все же он принял бой, но не устоял против превосходящей силы и пал в битве. А конунг Альв захватил в качестве добычи его дочь и большое богатство и с этим отправился домой.
Тогда Альв сказал: «Случилось так, что нам повезло, и у нас теперь есть довольно земли и богатства. А за твою помощь, Аки, я хочу дать тебе в жены Хильд, дочь Будли, хотя у нее прежде и был муж». Аки ответил: «Неужто мне бы больше пришлась по нраву другая награда? И она не кажется мне хуже, оттого что Хельги конунг был женат на ней раньше».
После этого Аки женился на Хильд, и у них родился сын. Его звали Асмунд. С ранних лет был он рослым и сильным и, как только смог, отправился в викингский поход, и под его началом было множество воинов.

Глава 4. Смерть Альва конунга от рук Хильдибранда Гуннского Воителя
Теперь нужно рассказать о Хильдибранде, брате Асмунда, сыне Хельги конунга. Хельги же конунг погиб в походе. Хильдибранд подчинил себе великую силу и плавал повсюду со своим войском. Он был в свойстве с конунгом, которого звали Лацинус. Тот был весьма могущественным конунгом. Хильдибранд явился к своему свойственнику с дружескими речами, и ему там был оказан хороший прием. От того, что сила его возросла, у него прибавилось дерзости.
В Стране Саксов тогда были знатные и высокородные герцоги. Хильдибранд Гуннский Воитель пошел на них войной и объявил, что желает, чтобы они воздали ему такие почести, которые он потребует, не то им не поздоровится, как и другим. У герцогов была сестра, и они очень доверяли ее советам, поскольку она была умнее их всех. Тогда они стали совещаться между собой и раздумывать, что им выбрать.
Она сказала, что разумнее предложить Хильдибранду выкуп, нежели вступать с ним в бой, и всего мудрее будет вести себя сдержанно и оказать сопротивление только тогда, когда появится помощь, и заметила, что все произойдет, как и в других местах, и он одержит победу.
Тогда герцоги сказали, что они хотят заплатить ему дань. Хильдибранд ответил, что это дальновидно, и тем дело и уладилось.
Хильдибранд Гуннский Воитель покорил теперь многие народы. И тут до него доходит известие о гибели Будли конунга, отца его матери. Тогда он снова собрал свое войско и созвал тинг. Он взял слово и сказал, что известно, какие тяготы приходится сносить, отправляясь в военный поход, но что ему негоже нападать на викингов или на других людей с малым основанием или вовсе без причины, вместо того, чтобы отомстить за своего деда.
После этого он двинул войско на страну Альва конунга и сказал, что даны сами показали, как следует поступать. Он прошел там с огнем и жег все на своем пути. Альв конунг выступил ему навстречу со своим войском, и как только они встретились, то вступили в бой. Хильдибранд Гуннский Воитель был по природе берсерком, и на него находила берсеркова ярость. Аки герцог не принимал участия в этом сражении, так как ушел в викингский поход. Хильдибранд Гуннский Воитель прошел сквозь войско Альва конунга, и плохо было тому, кто попадался ему на пути. Он рубил на обе стороны и, рыча, напал на конунгово знамя. И в этой битве пал Альв конунг и большая часть его войска, а после этого гунны отправились восвояси. Хильдибранд сделался тогда самым знаменитым из всех людей. Зимой он всегда сидел в своих владениях, а набеги совершал летом.

Глава 5. Поход Асмунда
Теперь нужно рассказать о том, что Асмунд сын Аки был в походе, и викинги считали, что он дерзок в нападениях и отважен.
Жил человек по имени Эйвинд Кожаный Каблук, он был датчанин родом, муж видный, могущественный и богатый, и большой гордец. И когда Аки и его сын Асмунд возвратились из походов, им рассказали о случившемся — о гибели Альва конунга. И вот они сидят дома, и все спокойно. Асмунд не знал о своем близком родстве с Хильдибрандом, так как его мать ничего ему об этом не сказала.
Эйвинд Кожаный Каблук поехал к Асе Красавице, конунговой дочери, и объявил, что хотел бы заключить с ней брак. Он добавил, что ей известны его положение и богатство, его род и доблесть. Она сказала на это, что ее ответ зависит от совета друзей.
После этого она поведала об этом деле Аки и Асмунду, своему названому брату. Аки сказал, что не собирается ее уговаривать. Тогда молвил Асмунд: «Ты не должна выходить замуж за Эйвинда. Ты должна выйти за меня».
Она отвечает: «Названый брат мой, он пользуется большим почетом, и живет он богаче, но сдается мне, что в тебе больше отваги». Асмунд сказал: «Прибавь свою удачу к моей, и тогда нам обоим будет честь от этого брака». Она молвила: «Я выйду замуж за того из вас, — ответила она, — у кого будут красивее руки, когда он вернется осенью из похода».
Затем они прекратили этот разговор, и оба (Асмунд и Эйвинд. — И. М.), как обычно, отправились совершать набеги. Асмунд часто пренебрегал большими опасностями ради крупной добычи и добился славы и богатства, а Эйвинд часто оставался среди поваров и не снимал с руки рукавицы.
И когда пришла осень, они оба явились к конунговой дочери, каждый со своими людьми. Эйвинд первым выступил вперед и попросил конунгову дочь посмотреть на его руки. Аса Красавица молвила: «За этими руками хорошо ухаживали, и они белы и красивы, они не пачкались в крови и не уродовались ранами. А теперь дай взглянуть на твои руки, Асмунд», — сказала она.
Он протянул вперед свои руки, и оказалось, что они покрыты рубцами и потемнели от крови и ударов оружия, но когда он высвободил их из одежды, то стало видно, что они до самых плеч унизаны золотыми обручьями.
Тогда молвила конунгова дочь: «Мое решение таково, что руки Асмунда все же красивее со всем, что на них есть, а ты, Эйвинд, можешь позабыть об этой женитьбе». Асмунд сказал: «Тогда я должен быть избран, госпожа». Она ответила: «Прежде ты должен отомстить за моего отца, ибо мне подобает выйти замуж только за того человека, кто исполнит месть и завоюет славу, выступив против Хильдибранда Гуннского Воителя». Тогда спросил Асмунд: «Как же его одолеть, когда никто не может его победить? Может, ты мне дашь совет?».
Она сказала: «Я слыхала, что в Лёг рядом с Агнафит спрятан меч, и до меня дошла молва, что если тот меч выставить против того, которым владеет Хильдибранд, то его меч не устоит. Около озера живет старый бонд, мой друг, и по моей просьбе он тебя перевезет».
Асмунд ответил, что если он подвергнется этой опасности, то это покажет, как сильно он хочет жениться на ней.
После этого Асмунд отправился в одиночку к бонду, поведал ему о своем деле и передал ему то, что ему наказала сказать конунгова дочь. Бонд радушно принял его. В тот вечер он все смотрел на Асмунда. Асмунд спросил его: «Почему ты так смотришь на меня?». Тот ответил, что тому есть причина. Асмунд спросил: «Давно ли ты здесь живешь?». Тот сказал, что жил тут всю свою жизнь: «и я думал сейчас о том, как давным-давно здесь останавливались посланцы Будли конунга, когда везли Хильдибранда на воспитание конунгу Хильдибранду, а ты не менее пригож, чем он, и очень похож на него лицом».
Асмунд возразил: «Мне ничего не известно о том, чтобы мы с ним были в родстве. А что ты знаешь об этом мече? Где он спрятан, и какая слава о нем идет?». Тот отвечает: «Я был здесь, когда его утопили, и хорошо заметил то место, где он спрятан, и думается мне, он до сих пор цел». Асмунд сказал тогда: «Коли так, отведи меня туда, как повелела конунгова дочь». Тот ответил, что так тому и быть.
Он взял с собой большой кусок окорока и полено для растопки. Асмунд сказал: «Для чего это, хозяин?». Тот ответил: «Тебе, может быть, станет холодно, когда ты выйдешь из воды, вот и согреешься этим». Асмунд заметил: «Ты очень благоразумен».
Затем они сели в лодку и, когда Асмунд меньше всего этого ожидал, бонд сказал: «Вот здесь». Тогда Асмунд прыгнул за борт и нырнул, а когда всплыл, то собрался нырнуть опять. Бонд сказал: «Так не пойдет, согрейся сначала и поешь». Он так и делает.
И когда он нырнул во второй раз, он увидал ствол дерева и слегка приподнял его, а потом вынырнул и согрелся. И вот он ныряет в третий раз и достает ствол, и они отвозят его на берег. Тогда Асмунд рубанул ствол топором, и край лезвия топора отскочил, натолкнувшись на острие меча. Асмунд сказал: «Ты сослужил хорошую службу, старик. Прими от меня за свои труды золотое обручье и приходи ко мне как друг, если тебе что-то понадобится». Старик поблагодарил его, и они расстались.
После этого Асмунд поехал домой и рассказал обо всем конунговой дочери. Она ответила: «Теперь ты многого достиг, и тебя ждет слава. Вот мое решение. Я пошлю тебя к герцогам в Страну Саксов, которые лишились своих владений из-за Хильдибранда, и к их сестре, ибо она мудрая женщина. А совет мой тебе таков: старайся справляться со всем, что бы тебе ни выпало, так как, сдается мне, из-за твоей отваги и доброго оружия не многим повезет, если они столкнутся с тобой».
Потом Асмунд уехал.

Глава 6. Совет герцогов и их сестры с Асмундом
Теперь нужно рассказать о том, что произошло в Стране Саксов. Однажды сестра герцогов говорит: «Из моих снов ясно, что к нам сюда скоро прибудет прославленный муж, который принесет нам большую удачу и вернет нам нашу страну».
Ее братья обрадовались этому, и тем же вечером они увидали, как к их палатам скачет могучий муж в великолепном вооружении. Герцоги вышли ему навстречу и пригласили его войти. Он сказал, что принимает их приглашение. Они усадили его между собой, а их сестра подала им брагу и села поговорить с ним и со своими братьями.
Она сказала тогда: «Нам не много известно о вашем положении, но по вашему виду мы можем судить, что вы знатного рода, и мы верим, что вы и ваш приезд пойдут нам на пользу. Возможно, вы слыхали, какую нужду мы терпим от притеснений Хильдибранда Гуннского Воителя. Сначала мы платили дань, а теперь должны каждый год сносить от его берсерков вызовы на поединки и из-за этого всякий раз вынуждены расставаться с каким-нибудь из своих владений. И так мы лишились и людей, и владений, и сейчас во всем нашем герцогстве осталось не больше двенадцати поместий».
Асмунд ответил: «Госпожа, — сказал он, — вы пожаловались мне на великий урон. Нужно положить конец этим бесчинствам, и я приехал сюда ради того, чтобы защитить вашу страну, если мне это удастся».
Герцоги сказали, что спустя недолгое время может последовать вызов на поединок. Асмунд заметил: «Тогда нужно будет на него ответить».
И вот он остается там в большом почете.

Глава 7. О посланце
Теперь нужно рассказать о конунге Лацинусе и Хильдибранде Гуннском Воителе, его свойственнике. Хильдибранд спросил: «Не подошло ли время для поединка с герцогами и их людьми? Сейчас нетрудно было бы заполучить те их владения, что еще остались». Конунг ответил: «Лучше пошлем к ним человека и узнаем, не удастся ли нам захватить их еще легче».
Был послан человек по имени Вёгг. О его поездке ничего не рассказывается до тех пор, пока он не приехал к герцогам. Он вошел в палаты и приблизился к столу, а потом сказал: «Лацинус конунг и могущественный Хильдибранд Гуннский Воитель желают знать, что вы предпочитаете: явиться на поединок или отдать без борьбы то, что у вас осталось».
Герцоги ответили: «Вот как обстоят дела, если тебе кажется, что наше имущество слишком велико: нам мало что осталось терять, кроме добрых воинов».
Асмунд сказал: «Почему вы так говорите? Разве не необходимо сохранить как можно больше, коли осталось совсем немного?».
Вёгг уставился на него. Асмунд спросил: «Почему ты так пристально на меня смотришь?». Тот ответил: «Потому что мне не доводилось видеть никого другого, столь же достойного, как вы с Хильдибрандом. Он светлее, но ты человек не менее мужественный. Хильдибранд слыхал, что сюда прибыл неизвестный муж с добрым оружием, и я должен посмотреть на твой меч».
Асмунд сказал, что ему решать. Тот взглянул на меч и заметил: «Оружие здесь под стать тем, кто им владеет. Другой меч светлее и лучше сделан, но не острее». Асмунд произнес в ответ, что не знал об этом: «Однако ты, должно быть, захочешь узнать, каков будет ответ на твое поручение». Тот сказал, что так и есть. Асмунд говорит: «Скажи своим хёвдингам, что на поединок придет человек от имени герцогов».
И вот поехал Вёгг домой и приветствовал конунга и Хильдибранда. Хильдибранд спросил: «Какой ответ ты нам можешь дать? Каково решение герцогов?». Вёгг ответил: «Кажется мне, что они не преминут явиться на поединок». Хильдибранд сказал: «Что-то у них прибавилось твердости. Или это из-за того незнакомца? Как он тебе показался на вид? Ты человек приметливый».
Вёгг ответил: «Поведение его таково, что он муж весьма обходительный и очень похож на тебя, особенно глазами, и сдается мне, что он может быть большим храбрецом. У него есть меч, который больше похож на твой, чем любой из тех, что мне когда-либо приходилось видеть, и я думаю, что его сковали в той же кузнице».
Хильдибранд сказал: «Ты высокого мнения об этом муже. Не думаешь ли ты, что мой меч ни в чем не уступает его мечу и что сам он будет мне ровней?». Вёгг ответил: «Я не знаю, ровня ли он тебе. Но я знаю, что того, кто с ним сразится, ждет испытание, ибо он человек поистине доблестный». Хильдибранд сказал: «Ты очень хорошо о нем отзываешься».
Тогда Хильдибранд велит одному из своих воинов скакать на место поединка.

Глава 8. Асмунд побеждает противников
И вот известили Асмунда, и тогда он велит привести ему коня и принести доспехи. Герцоги сказали: «Мы можем предложить тебе наше войско». Он ответил, что должен идти в бой один. И вот он отправляется туда, где должен был состояться поединок. Они поскакали навстречу друг другу с обнаженными мечами, и первым же ударом Асмунд разрубил своего противника пополам, а затем выбросил останки в реку, и они проплыли мимо конуговой крепости.
Хильдибранд говорит: «Не слишком ли долго наш товарищ медлит с тем, чтобы избавиться от незнакомца?». Тут один человек отвечает: «Государь, — сказал он, — у тебя есть возможность посмотреть, как он плывет по реке, и теперь он состоит из двух частей».
Хильдибранд произнес: «Это был могучий удар. А теперь мы пошлем двоих людей, чтобы как можно скорее избавиться от него». Они ответили, что это дело нетрудное. Хильдибранд сказал: «Мы будем в выигрыше, если вы одержите над ним скорую победу».
И на другой день они поскакали на поле боя вдвоем против Асмунда. Он сказал: «Редкий обычай у здешних берсерков — выставлять два меча против одного. Однако я готов сразиться с вами обоими».
Им показалось недостойным стоять вдвоем против одного, и они оба напали на него, но он прикрылся щитом и нанес каждому смертельный удар. Потом он поскакал обратно к герцогам, и они с радостью вышли ему навстречу. Он сказал, что, как ему кажется, три их поместья были отвоеваны для них в этой поездке. Тогда сестра конунгов заметила: «Не зря нам снились сны о приезде этого человека».
И вот он остается там в большом почете, и это принесло ему великую славу. Об этом рассказали Хильдибранду, и он произнес: «Мне не кажется удивительным, что один человек победил двоих. Теперь нужно выставить против него четверых».
Воители заявили, что можно не сомневаться, что они разрубят его на четыре части. И вот они поскакали на поле боя в крепких шлемах, светлых кольчугах и вооруженные острыми мечами.
Весть об этом дошла до Асмунда и герцогов. Тогда они попросили его выступить, взяв с собой столько же людей. Асмунд отвечал, что не хочет этого. Он сказал, что надо ожидать, что вскоре ему придется биться один на один, но что будет большой удачей, если удастся отвоевать четыре поместья.
После этого они встретились. Асмунд сказал: «Ясно, что вы немногого стоите, коли выступаете вчетвером против одного, и таких, как вы, не назовешь воителями, но скорее сбродом».
Они ужасно рассердились на его слова и тотчас же напали на него. Но меч, который при нем был, рубил кольчуги и шлемы так же легко, как древесную кору, и не щадил ни человеческих костей, ни плоти, а взмахивал им тот, у кого была сильная рука и доброе сердце. Они получили от него страшные раны, и недолгой была их встреча, и он убил всех четверых и сбросил их в реку вместе с лошадьми.
И вот об этом узнает Хильдибранд и говорит: «Одно из двух: или наши люди были меньше готовы к бою, чем мы думали, или же этот человек настоящий герой».
Затем он призывает к себе пятерых самых стойких воителей и, обратившись к ним, говорит, что для них не будет непосильной задачей победить одного человека. Они ответили, что намерены поумерить его спесь и отдать его труп зверям. После этого они ушли.
А когда об этом узнал Асмунд, то молвил: «Сегодня я собираюсь отработать свое содержание».
Герцоги сказали, что опасаются, не много ли он на себя берет, но обещали, что достойно отблагодарят его.
После этого они встретились и сразу же сразились, и Асмунд рубил с силой, и дело кончилось тем, что он убил их всех.
А когда Хильдибранд узнал об этом, то заметил: «Не скоро онемеет его рука, и спустя короткое время ему придется сразиться опять».
Шумно тут сделалось в палатах от воплей берсерков, что-де, один человек одержал верх над столькими людьми.
Тогда Хильдибранд сказал: «Теперь пусть приготовятся шестеро наших мужей, и тогда вы сможете заслужить славу, отомстив за наших товарищей».
После этого они поехали на поединок, и, узнав об этом, Асмунд немедля снарядился и произнес: «Меч мой одинаково хорош, чтобы убить им как троих, так и шестерых».
Затем они встретились. Тогда сказали воители, что он должен бросить меч и сдаться. Он ответил: «Не бывать такому, пока не изрублен мой щит. Да и у вас большая нужда отомстить за своих людей».
После этого они сразились, и воины яростно нападали на него. И на этот раз он рубил своим мечом так же рьяно, как прежде, и хотя он и был ранен, его удары не стали слабее, и кое-кого из них он разрубил пополам, и дело закончилось тем, что он убил их всех и отправился обратно к герцогам.
У них появилось множество сторонников, так как их владения постоянно увеличивались, и теперь в каждом доме шли разговоры об этом воителе.
И вновь дошли эти известия до Хильдибранда, и он спросил: «Убывает число наших людей, сколько их еще осталось?». «Государь, — ответили они, — их осталось двадцать шесть». Хильдибранд произнес: «Отныне этот незнакомец может считаться великим воителем. Он убивает моих людей так споро, что нам с ним еще придется встретиться один на один, однако я пошлю еще семерых — тех, кто дольше всех были у меня на службе».
Затем те приготовились. И вот Асмунду сказали, что не будет у него возможности отдохнуть. Он ответил: «Лишь тогда можно будет остановиться и поесть, когда будут отвоеваны семь поместий».
Потом он отправился в путь, и навстречу ему выступили семь воителей. Тогда Асмунд говорит: «Почему Хильдибранд посылает своих людей, а сам сидит дома и заставляет меня биться со всякой мелюзгой?». Они очень рассердились на его слова и заявили, что ему наверняка не грозит биться с Хильдибрандом. Затем они сразились, и что бы там ни произошло, но он убил их всех. После этого он столкнул их в реку. И когда Хильдибранд узнал об этом, он сказал: «Произошли слишком важные события, чтобы мы могли позволить себе о них забыть. Пускай теперь против него выступят восемь берсерков, ибо никто из нас не сможет пережить, если за это не будет отомщено». Тогда они принялись громко вопить и отгрызать куски от своих щитов.
Асмунд был в то время с герцогами, и вот он получает известие, что вновь ему представился случай сразиться. Тут сестра герцогов сказала: «Почет, которого мы лишились, вернулся к нам сполна и теперь у нас больше силы, чем нам самим об этом известно». Асмунд ответил: «Нам придется пойти на риск, потому что он (Хильдибранд. — И. М.) решил напустить на нас берсерков, но у них не достает силы, и будет лучше, если их владения прибавятся к вашей державе, ибо вы несправедливо терпели лишения».
После этого он поехал им навстречу, и как только они встретились, то вступили в бой, и эта встреча была самой долгой, но кончилась тем, что он убил их всех.
А когда об этом узнал Хильдибранд, то пришел в ярость и произнес: «Человек этот настолько удачлив, что его не может одолеть целая толпа. Пускай теперь против него выступят те одиннадцать, которые еще остались».
И когда Асмунд услыхал об этом, то промолчал. Герцоги сказали: «Мы хотим отправить с тобой войско, и ты будешь над ним предводителем, и тогда ты одержишь победу, и тебе не придется биться в одиночку со столькими храбрецами». Асмунд ничего не ответил. Наступил вечер, и люди поели и отправились спать.
Асмунду приснилось, что над ним стояли женщины с боевым оружием и говорили: «Что это у тебя такой испуганный вид? Тебе предназначено предводительствовать другими, а ты боишься одиннадцати мужей. Мы твои дисы-покровительницы, и мы должны защитить тебя от тех людей, которые враждуют с герцогами, и от тех, которые борются против тебя».
Тут он вскочил и приготовился, хотя многие разубеждали его. После этого он поскакал навстречу воителям. Они решили, что его жизнь в их руках, и сказали, что лучше ему сдаться на милость Хильдибранда, чем погибнуть.
Он отвечал, что они не менее близки к смерти, чем те, кого он убил раньше, и добавил, что нетрудно увидеть, какая слава ждет того, кто бьется в одиночку против одиннадцати. Потом они вступили в бой, и те взяли его в кольцо, но он был непобедим. Оружие мало его касалось, тогда как его меч разил все, что попадалось ему навстречу, и все, до чего он дотрагивался. И все закончилось тем, что он поубивал их всех.
Герцоги сопровождали его и объявили, что его великие подвиги никогда не будут забыты. И пошла молва, что он не отступит, даже если против него выйдет сам Хильдибранд Гуннский Воитель, который был в то время самым прославленным из людей.

Глава 9. Поражение Хильдибранда
И когда Хильдибранд узнал о том, что все его воители убиты, на него напала ярость, как бывает с берсерками, и он немедля собрался в путь и произнес: «Никто не сможет сказать, что я подвергал опасности своих людей, а сам не решался вступить в бой».
И в той ярости, которая на него нашла, когда он отправился в путь, он увидал своего сына и тотчас же убил его. Потом он поехал навстречу Асмунду вверх вдоль реки Рейн. У него был щит, на котором было столько отметин, сколько людей он убил. И когда Асмунд узнал об этом, то приготовился к встрече с ним.
Как только они сошлись, то сразу же вступили в бой, и большинство ударов, которыми они обменивались, были могучими. И после того, как они долгое время бились с большой яростью, Хильдибранд собрался с силами и со всей мощью нанес Асмунду удар обеими руками. И когда меч ударился о шлем, он раскололся прямо под рукоятью, и клинок, просвистев, упал в реку, а сам Хильдибранд получил множество ран. Тогда он произнес такие висы:
«Нелегко предвидеть,
Что может выйти,
Коли один другому
Рожден на погибель.
Дротт из Дании
Тебя родила,
Меня же самого —
В земле свейской.
Два было их
Рьяных меча,
Подарка Будли
Теперь один разбит.
Карлики так их
Сковали мертвые,
Как никто не смог бы
Ни прежде, ни впредь.
Стоит у меня в головах
Щит расколотый,
На нем посчитаны
Восемь десятков
Воинов тех,
Что мною убиты.
Лежит там милый
Сын во главе,
Наследник мой,
Мною рожденный,
Не желая того,
Его жизни лишил я.
Я прошу тебя, брат,
Об одном одолжении,
Всего об одном,
Не откажи!
Оберни ты меня
В одежды свои,
Как забравший жизнь
Для другого не сделает.
Теперь должен я лежать
Лишенный жизни,
Раненный мечом,
Который множит раны».

Глава 10. Возвращение Асмунда
После этого Хильдибранд Гуннский Воитель умер, и Асмунд устроил ему достойные похороны и очень сокрушался о том, что совершил. Он не стал тогда встречаться с герцогами и отправился в те владения, которые принадлежали его матери и Асе Красавице, конунговой дочери. В то время один человек решил посвататься к ней. Входя в двери палаты, Асмунд сказал:
«Не ожидал я такого,
Ни от кого приговора —
Что будет сказано,
Мне, мол, не видать победы;
Когда меня воителем
Гуннские мужи выбирали
Восемь раз сразиться
За владения княжьи.
Бился я в одиночку с одним,
А после с двумя,
С пятью, и с четырьмя,
Друзьями скамей;
С шестью, и с семерыми,
Сражался зараз,
Один против восьмерых,
И все же я жив.
Тогда заколебалось
Сердце в груди,
Когда одиннадцать мужей,
На бой вызвали;
Пока мне во сне
Не сказали дисы,
Что я эту потеху мечей
Выдержать должен.
Пришел тогда седой
Сюда Хильдибранд
Воитель Гуннский,
Не был он мне ровней,
Но получил от меня
Отметину все же,
Суровый знак войны
Прямо под шлемом».
После этого люди приветствовали его, и он был прозван Асмундом Убийцей Воителей.
Конунгова дочь просила его не гневаться на нее, хотя она и навлекла на него все это. Она просила его о прощении и говорила, что на мечи было наложено могучее заклятие. И хотя он и гневался на нее, но вспомнил, как она его любит, и сыграл свадьбу, взяв себе в жены Асу Красавицу. А того, кто сватался к ней, он убил, и этот человек не назван.
После этого Асмунд Убийца Воителей стал прославленным мужем, имя которого известно повсюду, и здесь кончается эта сага.

1. О роде Хромунда

Конунг, которого звали Олав, правил Гардаром в Дании. Он был сыном Асмунда с Гнода. Он был знаменитым человеком. Двое братьев, Кари и Эрнульв, великие воины, охраняли границы страны конунга.
Там жил один богатый бонд. Его звали Грип. Он был женат на Гуннлёд, дочери Хрока Чёрного. У них было девятеро сыновей, которых звали Хрольв, Хаки, Гаут, Трёст, Ангантюр, Логи, Хромунд, Хельги и Хрок. Все они были выдающимися людьми, но Хромунд был лучшим из них. Он не знал страха. У него были красивые глаза, блестящие волосы и широкие плечи, он был высокий и сильный и очень походил на Хрока, своего деда.

Подробнее…

Глава I. О смерти конунга Беле и Торстена Викингссона и их детях
Так начинают эту сагу: Беле конунг правил Сигнафильке. У него было трое детей. Хельге звали одного сына, другого — Хальвдан, а дочь — Ингеборг. Ингеборг была хороша собой и разумна. Она была лучшее дитя конунга.
Вдоль фьорда по западной стороне тянулся берег. Там было большое селение. Это селение называлось Бальдерсхаге.
Там было мирное убежище и обширный храм и высокий тын вокруг.

Подробнее…